Лица компании

Сергей Полосков 30 лет трудится на «Заполярном» дорожно-путевым рабочим

image

#НОРИЛЬСК. «Северный город» – Один метр рельса марки Р-50 весит 50 килограммов, в длину он 12 метров – получается 600 килограммов. И пусть даже меняют его не в одиночку, все равно требуются сила, выносливость и смекалка в непредсказуемых ситуациях. Не говоря уже о добросовестном отношении к своему делу. Все эти качества у Сергея Иннокентьевича в наличии. Вот почему после многих лет работы на подземном участке внутришахтного транспорта «Заполярного», вошедшего недавно в состав предприятия «Медвежий ручей», его удостоили звания «Заслуженный шахтер России»

Рудник «Заполярный» и карьер открытых работ, входящие в состав ООО «Медвежий ручей», ведут разработку месторождения Норильск-1, освоение которого начиналось еще в 1930-е годы. Поэтому условия работы на подземном предприятии-ветеране пожестче, чем на более современных рудниках, отрабатывающих Талнахское месторождение медно-никелевых руд. На «Заполярном» и обводненность побольше, и сквозняки из-за влажности суровее, и поземные коридоры ниже. Но дорожно-путевой рабочий Сергей Полосков, обслуживающий  железнодорожные пути, вот уже более 30 лет несет свою вахту. Конечно, для такой работы нужно быть физически крепким, подтверждает Сергей. Сам он, по его словам, «здоровенький», рост 185, вес 95 килограммов. Помогло и то, что в юности занимался баскетболом и  плаванием, получил золотой значок ГТО. 

Сергей с сыновьями Давидом и Захаром
«У нас в основном все физически крепкие, – рассказывает Сергей. – Особенно это было важно до модернизации на производстве. А когда стала приходить новая техника, зачистные машины «Паус», то с ними легче стало. Потому что они могут зацепить рельсы и подровнять как надо». 

На «Заполярный» он устроился сразу после окончания средней школы, в 1986 году. Оттуда ушел в армию. Служил на Чукотке, в Дальневосточном округе. Попал туда после учебки в Приморье. 

«Там посмотрели, что парень северный, и отправили дальше, на Север, в войска ПВО, охранять рубежи нашей Родины на границе. Обучался я на водителя, но сказал, что с машинами не хочу иметь дело, и меня отправили на боевые дежурства, на пункт управления планшетистом. Разговор там шел  на языке кодов-цифр. Мы отслеживали, нет ли вторжений самолетов-разведчиков, они через день летали. Температурные параметры на Чукотке как в Норильске, те же 40 градусов мороза, но влажно, поэтому потяжелее немного, зато северные сияния красивее, конкретно цветные», – такой Сергею запомнилась военная служба.  

После демобилизации он вновь устроился на рудник. Тяжелые условия  труда под землей его ни капли не пугали еще со школьных времен. Наоборот, было интересно. Лет 40 назад, когда правила ТБ не были столь суровы, как сегодня, Сергей неоднократно бывал в одном из норильских подземелий. 

«У меня мать, пока институт не окончила, на руднике Ангидрит работала, считала ходки на ПДМ – погрузочно-доставочных машинах. Я тогда в классе пятом учился, к ней на работу приезжал, и меня водители брали с собой в шахту покататься на своих пэдээмках. По три ходочки катался, так что уже в детстве на все насмотрелся». 

До прихода Сергея на рудник многие его родственники выбрали для себя работу в горной отрасли. Отец Иннокентий Михайлович (сейчас ему 83) работал на разных должностях, в том числе руководящих, в  управлении угольных и нерудных предприятий. На «Заполярном» маркшейдером когда-то трудился родной дядя Кузьма Михайлович Полосков. Мама, Елена Викторовна, получив геологическое образование, устроилась по профессии на рудник «Известняков». Так семейные традиции сами собой привели его в ту же сферу. 

Сергей присел отдохнуть в кабине электровоза

Сегодня предприятие «Медвежий ручей» переживает очередной этап подъема, руды здесь планируется добывать до девяти миллионов тонн в год, поэтому новая техника все прибывает и прибывает. Сергей помнит те ушедшие в историю времена, когда рудау на «Заполярном» добывали чуть ли не ручным способом, чуть ли не «на карачках горняки ползали». Своими глазами такое видел, когда бывал в командировках на разных участках. Да и путейцам при ремонте рельсов часто приходилось проявлять чудеса изобретательности. Одной физической силы путейцу, конечно, мало, поясняет Сергей. 

«Соображаловка» нужна, например, где как стрелку лучше уложить. Самое сложное – загибать рельсы, где повороты. Для этого существуют рельсогибы, но, так как у нас раньше их не было, мы ставили гидравлический домкрат на каком-то участке рельса, посредине у него гидравлический шток, он давит в середину рельса, и тот начинает выгибаться. Но есть места, где так не получалось, приходилось выдумывать что-то еще».

 Сейчас на большинстве предприятий есть рельсогибы, но рельсы изнашиваются по-прежнему. Причины поломок разные. Играют роль и просадка почвы (например, с одной стороны пути она твердая, с другой – мягкая), и влажность, и почтенный возраст рудника.   

Иногда поломки случаются неожиданно, и ремонтировать железнодорожные пути приходится оперативно, а шахта большая, и нужно все организовать по-быстрому, посвящает в некоторые нюансы своей профессии Сергей. Скорость тоже одна из важных составляющих профессии путейца. Ведь по железнодорожным путям электровозы тянут составы с рудой, которую каждый день должны поднять на-гора в определенном количестве. Иначе рудник не выполнит план. Поэтому и на плановые ремонты железнодорожного полотна отводится минимальное время. 

Жить в сельской местности - мечта Сергея
«Заменить кусок рельса нужно быстро, чтобы не задерживать отгрузку, – рассказывает Сергей. – Оперативно готовимся к замене. Останавливаем откатку на час минимально. Какие фрагменты приходится менять? Вставка может быть два метра, полтора, бывает, и по четыре метра меняешь, бывает, и по шесть. А иногда достаточно просто накладки поставить, отверстия прожигаешь – и поставил».  

Начинающему путейцу Сергею Полоскову советы по замене рельсов сначала давали опытные наставники, которые тоже потрудились на подземном участке внутришахтного транспорта «Заполярного» лет по 30. (Нипочем этим людям рельсы весом по 600 килограммов и сырые, темные подземные коридоры со сквозняками – депрессиями не страдают). Ну а за свои 30 с лишним лет подземного стажа Сергей наработал собственный опыт. Вдобавок сейчас, когда у «Медвежьего ручья» полоса взлета и на рудник приходит новая техника, работать действительно стало проще. 

Какое натуральное хозяйство без поросенка

Сергея Полоскова трудности вообще не пугают. Он уже осуществил свою мечту о деревенской идиллии, которую лелеют многие норильчане, чтобы перейти к здоровому образу жизни. Современные продукты содержат множество неполезных, а иногда очень вредных добавок. Ученые и пророки-ясновидцы давно твердят: чтобы выжить, нужно  обзавестись собственным клочком земли в экологически чистом месте и переходить на систему натурального хозяйства. Он так и сделал. 

Кудахтанье кур немаловажно для сельской идиллии
«Городская квартира на материке не по мне, – говорит Сергей. – Четыре года назад я купил дом в сельской местности на юге Красноярского края, под Минусинском. Там тихо, спокойно, лето жаркое, рядом пруд, ходи, загорай, купайся. У меня там машина, гараж, и дом, и корова, и поросята. Все свое: молоко, мясо, курятина, яйца куры несут». 
Теленок вырастет, будет свое молоко

Как же так: корова и поросята там, а он здесь? Готовится выйти на работу после положенных двух недель карантина после отпуска. 

В доме уже живут его жена Елена и сыновья Давид (ему 16) и десятилетний Захар, поясняет Сергей. Еще немного, и он присоединится к семье. Вот сейчас, летом, помогал своим подготовиться к зиме. В частности, запасал-колол дрова. Будут потрескивать в настоящей печке. Релакс, скажут городские жители, а сельские знают, что деревенская идиллия – это очень много работы. Но разве она испугает человека, который 30 лет носил под землей 600-килограммовые рельсы?

 

Новости с пометкой «Норникель 85»

Читайте также

Смотрите также