Новости

Братья и сестры Сердаковы: Сергей

image

Мы продолжаем серию публикаций о семье Сердаковых. Первую историю мы рассказали накануне. И сегодня вспоминаем Сергея Исааковича – мастера Большого металлургического завода, Героя Социалистического Труда.

Несостоявшийся старатель, вместе с товарищами добиравшийся до Диксона, откуда, как Сергей слышал, отправляются суда в края, где моют золото, Сердаков опоздал на последнее судно. В Норильск поехал на стройку, перезимовать. И остался на 29 лет. Здесь, по образному выражению писателя Анатолия Львова, Сергей и нашел свое «золото».

Братья и сестры Сердаковы: Сергей
Сергей Исаакович Сердаков

Первая запись в его трудовой книжке сделана 2 декабря 1938 года – «Плавильщик ММЗ», Малого металлургического завода. Правда, завода еще не было и плавить руду Сергей еще не умел. Курс металлургии прошел в деревянном сарае у опытной печки с лопатой в руках.

В книге «Большой Норильск» Анатолий Львов приводит такие сведения про пуск Малого металлургического: «В ночь на 23 февраля 1939 года задули шахтную печь. Наутро ватержакет загрузили шихтой, зажгли кокс. Свистел вдуваемый вентилятором воздух, бушевало в печи пламя. И потекли по канаве искрящие огненные струи. И загремело «ура». Это был, может быть, первый по-настоящему счастливый день в Норильске для горнового Ивана Алипьевича Чижика, и для его ученика, будущего Героя Социалистического Труда Сергея Исааковича Сердакова, и для главного металлурга Федора Аркадьевича Харина. Десять килограммов медно-никелевого штейна из первых семидесяти пяти тонн отправили норильчане тогда в столицу».

Большой металлургический завод (с 1948-го – никелевый) пускали через три года после Малого. Сергея Исааковича Сердакова переводили на Большой завод уже не горновым, а мастером: молодого человека всего с начальным образованием выручила природная сметка и большой интерес к работе. О выдаче первой продукции (никелевого штейна)  БМЗ свидетельствует Владимир Лебединский (трудился на Норильском комбинате с 1942-го по 1968 год):

«Три дня шло опробование агрегатов, приемка оборудования, подготовка к пуску ватержакета №1. Копили шихтовые материалы. Тут все было не как на Малом заводе. Основные операции выполняли машины. Загрузку осуществляли… троллейкары. Шлак отвозили в огромных шлаковозных чашах, которые тащил паровоз, штейн – с помощью пятидесятитонного крана. Ковш один, пустой, весил 12 тонн. С утра 23 февраля 1942 года началась подготовка к плавке. Через загрузочные окна на дно печи опустили шестиметровую деревянную лестницу. Потом на дно начали бросать хорошо просушенные дрова. Когда они перекрыли фурменный пояс, в печь полезли мастер и плавильщики. Теперь дрова следовало аккуратно уложить, чтобы они хорошо горели». Первые плавильщики и мастера – это Сердаков, Кракузин, Куприянов, Бабушкин… В тот день в Норильске ревели все гудки – рождался первый никель.

Братья и сестры Сердаковы: Сергей
Первая плавка никеля. 1942 год

Из характеристики Сергея Сердакова: «За время работы на никелевом заводе освоил все ведущие специальности, внес немало рационализаторских предложений, в том числе и по рудно-термическим печам (РТП). В 1959-м с пуском самой мощной в Европе РТП был переведен на ее освоение». Получил не одну награду. А еще признание своих учеников, среди которых были и директора заводов, и не менее известные, чем почетный металлург Сергей Сердаков, плавильщики никелевого.

Бригадир РТП №4 Николай Николаевич Михайлов вспоминал: «Чем он брал нас, молодых рабочих, как заставлял следовать нужным курсом? Подкупали, конечно, его знания. Да-да, с четырьмя классами (в анкете Сердаков указал шесть. – Авт.). Но кто об этом мог даже подумать! Инженеры-то с ним советовались не из приличия. Все знал и в теории, не только на практике, уверен, что защитил бы любой диплом. Для него, кажется, не оставалось никаких секретов, как бы ни менялись условия производства: сырье, режим плавки, технологические параметры. Из допотопных ватержакетов, из рудно-термических печей все выжимал. Ну и конечно, умный человек был».

В 1961 году за выдающиеся успехи, достигнутые в деле развития цветной металлургии, старшему мастеру отделения рудно-термической плавки плавильного цеха никелевого завода Сергею Исааковичу Сердакову присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением золотой медали «Серп и Молот». Ее металлург получил вместе с Владимиром Васильевичем Дроздовым, первым директором Норильского комбината, ставшим Героем Социалистического Труда. В 1977-м такого же звания удостоился ученик Сердакова Николай Николаевич Михайлов, старший плавильщик никелевого завода.

На одном из самарских сайтов в 2015 году перед Праздником Победы был опубликован текст: «Моего дедушку зовут Сергей Исаакович Сердаков. В годы Великой Отечественной войны он работал металлургом на Норильском комбинате. …Не раз хотел уйти на фронт, но его не пускали, объясняя тем, что здесь, в тылу, нужны такие люди. За свою работу он имеет награды: два ордена Ленина, звезду Героя Социалистического Труда, орден Трудового Красного Знамени, медаль «За трудовую доблесть» и другие. В 1983 году по заказу Норильского комбината на Енисей был спущен буксир «Сергей Сердаков». Я очень горжусь своим дедушкой!»

Это написал восьмиклассник Сергей Быковских, ученик Самарского лицея авиационного профиля, правнук знаменитого норильского металлурга. Я увидела публикацию прошлой зимой. Связалась с лицеем и благодаря его директору смогла выйти на семью Быковских, поговорить с мамой Сергея (сейчас он первокурсник факультета радиотехники). Евгения поделилась известной ей информацией, как Сергей Исаакович и Клавдия Ивановна Сердаковы оказались в Рязани, что с семьей «тети Оли», и дала мне номер телефона своей мамы, которая сейчас живет в деревне под Самарой. Лариса Сергеевна, как и Евгения,  поблагодарила за память о Сергее Исааковиче, сказала еще какие-то слова приличия, а потом: «Знаете, он ведь был сыном врага народа». Знаю. 

«Ваш отец спас брата и сестер, когда вызвал их в Норильск», – успокаивала я разволновавшуюся Ларису Сергеевну.

«И маминых племянниц тоже, здесь у нас голод был», – это моя собеседница говорила про Куйбышевскую (теперь Самарскую) область. И Ульяновскую тоже – мама была родом из села Богородского, оттуда отец взял ее в жены. 20 июня 1941 года Сергей и Клавдия поженились и сразу поехали «домой» в Норильск. В поезде и услышали о нападении фашистов и начале Великой Отечественной войны. В Норильске молодожены поселились на улице Горной, 3. В соседних домах жили все братья и сестры Сердаковых.

Братья и сестры Сердаковы: Сергей
Сергей Исаакович, Клавдия Ивановна и дочь Ольга с мужем

В сентябре 1942-го у Сергея и Клавдии родилась первая дочь Ольга, а девять сентябрей спустя – Лариса. С улицы Горной семья вскоре переехала на проспект Сталина  – Ленинский проспект, 13. Учиться Лариса пошла в школу №6.

«Все мое детство в доме звучали «волшебные слова»: штейн, файнштейн, выход металла, аноды, катоды, – вспоминает Лариса Сергеевна. – У нас был телефон, часто он звонил ночью, папа с кем-то разговаривал такими «волшебными словами». Без работы не мог вообще. Даже когда мы отдыхали в Сочи, в «Заполярье», папа все время приставал с расспросами ко всем вновь прибывшим отдыхающим: что происходит на комбинате, как план».

Уже когда Сергей Исаакович уволился и уехал на материк, недолго «пенсионерил». Несмотря на то что по тогдашнему законодательству работающим пенсионерам снижали выплаты: зарплату ж получают! «Папа даже на это пошел, – продолжила Лариса Сергеевна. – На полгода он уехал в Алаверды пускать металлургический завод. Приглашение из министерства пришло за подписью Ломако. Папин норильский опыт работы пригодился».

…Он всегда был главой семьи, добытчиком, заботливым отцом. За руку привел Ларису в плавательный бассейн – «я росла хилой, малокровной», настоял, чтобы  дети получили музыкальное образование. «У меня преподавателем по специальности была Людмила Алексеевна Элькес, жена главного режиссера драмтеатра. Знаете такую фамилию?» Дочери Ларисы Сергеевны тоже окончили музыкальную школу, а внучка пишет музыку.

 «Я иногда своим детям и внукам говорю, как мне жаль, что они не знали такого человека, как мой папа. Старшая из моих дочерей, Ирина, родилась, когда он был жив, но маленькая была, когда папа умер. А Надежда и Евгения дедушку не видели.

Мы из тех редких семей, в которых даже голоса на детей не повышали. Папа нас очень любил, был таким доброжелательным, заботливым. Я думала, все люди такие. Оказалось, нет».

Из Норильска Сердаковы уехали с Ларисой в 1968 году. Сергею Исааковичу как Герою труда предоставили право выбрать город для дальнейшего проживания. Киев, Кишинев, Рязань, Калинин (Тверь), Москва. Жена выбрала Рязань: Москву Клавдия Ивановна не любила, называла санпропускником. В Рязани, считала, благодать. Средняя полоса России, нет шума и столпотворения. И столица все-таки рядом!

Братья и сестры Сердаковы: Сергей

Ольга с мужем и сыном Вячеславом остались в Норильске. Позднее присоединились к родителям Ольги. В Рязани у нее родилась дочь Елена. Сейчас она живет в Москве. Вячеслав остался в Рязани. Но, возможно, ему придется переехать под Самару к тетке: здоровье сильно подводит. Вячеслав участвовал в Югославском конфликте, получил контузию. Семьей не обзавелся.

Еще Лариса Сергеевна рассказала, что отец  умер в 1974 году. Похоронили его в Рязани, как позднее Клавдию Ивановну и Ольгу. Что, когда спускали на воду Енисея буксир «Сергей Сердаков», их как родственников приглашали на праздник, к сожалению, поехать никто не смог. Но у всех детей и внуков Героя этот буксир есть в рамочке – фотографией на стене. Сейчас судно ходит по Северной Двине.

Продолжение следует.

( При оформлении материала использованы фото из архива ЗФ «Норникеля» и семьи Сердаковых).

Новости с пометкой «Норильск»

Читайте также

Смотрите также